– Кто из сыщиков занимается?

– МУР, ребята неплохие, стараются.

– Игорек, говори, не тяни резину. – Гуров взял с подоконника пепельницу.

– Понимаешь, банк разорился, неплатежеспособен, обычная история. Покойный был человеком, судя по всему, порядочным, за последний месяц продал дачу, две машины, выплатил что сумел... Жена и дочь у него живут то ли в Австрии, то ли в Германии, а брат в Москве. Якобы брат получил предупреждение, мол, если в течение двух недель не будут выплачены пятьсот тысяч долларов, включаем счетчик, а через месяц заказывай место рядом с покойным.

– А где работает брат? Он может выплатить такие деньги? – спросил Гуров, взглянул на следователя заинтересованно.

– Брат – член правления того же банка.

– Ты сказал, что он якобы получил предупреждение. Так он его получил или нет?

– Мне сообщили по телефону, что получил. Фамилия братьев Аляшины, покойный – Анатолий, живой – Борис. Я его допрашивал, вскользь спросил, мол, после смерти брата не было угроз, каких-либо требований? Он отрицает, мне кажется, он врет, боится.

– У Аляшина семья?

– Нет, одинок.

– Дай мне все его данные.

Следователь начал писать, сыщик продолжал:

– Что с тобой, Игорь? Ты же умница, заблудился в двух соснах.

– Поясни, – следователь протянул Гурову листок с полными данными на Бориса Аляшина.

– Долги банка невозможно покрыть суммой, вырученной с продажи дачи и машин. Покойник собирался выехать за рубеж, но, как говорят мои клиенты, жадность фраера сгубила. Ему следовало все бросить и улететь.

– Не обижай. Лев Иванович, я думал об этом. Судя по всему, покойный был человек умный и осторожный, но его взяли за горло, и он пытался вернуть не все долги банка, а лишь какой-то конкретный долг. При обыске квартиры заграничного паспорта не обнаружили, а он у покойного был. Есть основания предполагать, что паспорт забрали вместе с билетом на самолет.